Любовная

Писать о прошлом, легче с каждым днем.
Так смотрят фильмы   по  второму  разу
Сюжет запомнив,  уточняют фразу…
Открыт финал?     Писательский прием…

И  станет  в мае воздух   маятой
Напоминать   о том, что не случилось…
Но сердце вдруг поймет, что сохранилось
И сберегло  заветный  образ твой…

Срок подошел. Плод вызрел. Боль  ушла.
Любви родник прозрачен и наполнен,
А  мир вокруг особенно намолен
Той  глубиной, что не нашли  слова…

Соединилось… Бог во мне и ты…
И больше нет  внутри   противоречий.
Как задышалось… Как запелось легче,
Когда пошла на свет  из темноты…

Любимый мой,  бесстрашная твоя
Как будто к новой жизни повзрослела.
Былая мягкость раньше не умела
Противиться проделкам воронья.

Теперь смешны их происки и спесь:
Перечислять всех?  Всех не перечесть…

Белый город… Как долго тебя  я искала,
Износив по дорогам сто пар башмаков.
Моя жизнь – изобилие  шумных  вокзалов
С ожиданьем  любви и неверьем  в любовь…

Всякий раз, когда новый приют находила,
Сердца  стук я сверяла со стрелкой часов…
Лица  в гриме… Поверьте, я всех вас любила,
Сохраняя  как  тайны    чужих  городов…

Я смирилась, что   поезд, пришедший последним,
Не доедет  до станции «Белой мечты»…
Но открылось купе…   Мне   спасеньем осенним
Проводник  улыбнулся …   И это был ты…

О, из каких крупиц, из зернышек каких
Весна, паломницей, сложила тихо к двери
Долги снегов – февральские апрели,
Где в каждом семечке – спал не рожденным стих…

Как чувства ждут, чтоб повернули ключ,
Вернули  в дом и  разогрели   ужин…
Январский  опыт вьюг лишь для того был нужен,
Чтоб  показать безвластье  зимних туч…

А в сердце — жизнь… И я раскрыла  дверь,
Вернув  скитальцам теплый подоконник:
Зазеленел, оттаяв, нежный коврик  —
Вновь  из семян позвал ростки апрель…

Когда не прогоняешь чувств из сердца прочь,
Им, чтоб ожить,  нужна всего одна лишь ночь…

Скажи мне, приходящий в дом тайком,
И ставший всем, не приложив усилий:
Лозе – опорой,  кубку –  серебром,
Росой —  цветку… В  вибрато белых лилий,

Сложивший музыку… Не ты ли, музыкант,
Играл весне, искусством рук, и небу?
На жертвенный Алтарь ты бросил  фолиант — 
Стихи любви  под хмель своей победы?

Сказал: «Цвети!». И,  разбудивши сад,
Вмиг отменил ветра и  снегопады?
Мой,  Северный Адепт, я твой узнала взгляд,
Вобравший  нежность голубой лампады…

О, сколько серенад пропел ты  под  окном…
Касаясь   губ  иззящным  волшебством…

Подстрочник солнца перевел на окнах
Стихи весенней золотой капели…
И сад зацвел на мокрых серых стеклах
Под строфы прилетевшего апреля.

Рука по струнам собирает нежность —
Неповторим души и сердца почерк…
Ты наполняешь музыку неспешно
Моей весной — дождем летящих строчек…

Воин  белого войска, защитник  от древних сил,
так неожиданно две  скрестились  дороги:
я не просила у неба,  и ты обо мне не просил,
просто скучая бездельем, повеселились боги.

В нас поиграли, тасуя колоду дней,
шарф на двоих завязав узелком небесным:
ты меня прятал…  Но в  Праздник Больших Огней
косы расплел,  став  началом для новой песни.

Какой же нервный март: то вьюжный, то оттаянный…
С капелью акапельно ты сочиняешь  вальс,
И нет в весеннем дне  случайного и тайного,
Как в музыке снегов,  что предсказала нас.

Руки твоей тепло и струн согретых прутики
Зиме или весне сумели присягнуть?
Я  шляпу подарю с букетом желтых лютиков
Холодной Красоте  в  ее обратный путь…